Развитие сельского хозяйства на Севере требует не копирования южных моделей, а собственной адаптированной стратегии. Об этом заявил общественный деятель Георгий Губанов, комментируя инициативу увеличить субсидии на выращивание тепличных овощей зимой. Свою позицию он озвучил в эфире программы «Позиция».
Поводом для обсуждения стала новость о возможном увеличении повышающего коэффициента субсидий для производителей тепличных овощей. Предполагается, что поддержка предприятий, выращивающих продукцию в период с января по апрель, может вырасти в три раза. Инициатива направлена на снижение цен на свежие овощи в зимний период.
По словам Губанова, сама идея поддержки производителей выглядит логичной, однако при применении к северным регионам возникает ряд принципиальных вопросов.
«Я обеими руками за то, чтобы у северянина на столе лежал свой, свежий продукт, а не привозной. Но нужно включать не только кошелек, но и голову. Наши климатические условия кардинально отличаются от южных регионов. Зима у нас — это маленькая вечность, где свет и тепло становятся дорогим ресурсом», — отметил он.
По мнению эксперта, масштабное субсидирование тепличных хозяйств в условиях Арктики может привести к неэффективному расходованию региональных средств.
«Если мы начнем дотировать отопление теплиц из регионального бюджета, фактически из кармана жителей, то получим гонку зажженных лампочек. Это путь к созданию дотационных оазисов, которые рухнут при первом изменении федеральной политики», — подчеркнул Губанов.
Георгий Николаевич напомнил, что подобные дискуссии уже возникали ранее при обсуждении приоритетов аграрной политики региона. В частности, долгое время локомотивом развития сельского хозяйства предлагалось считать молочное производство.
«Я не против молочной отрасли — это важная часть продовольственной безопасности. Но нужно честно признать: корова на Севере — это скорее подвиг, чем бизнес. Если государство считает такую модель необходимой, она должна финансироваться прежде всего из федерального бюджета», — заявил он.
Губанов обратил внимание и на другую проблему — огромные площади сельхозземель, которые сегодня не используются. По его словам, поля, которые еще несколько десятилетий назад активно обрабатывались, постепенно превращаются в территории распространения борщевика.
«Это не случайность, а системный сбой. Мы пытаемся вести сельское хозяйство по упрощенным шаблонам, не учитывая реальные условия Севера», — отметил он.
В качестве альтернативы Губанов предложил ориентироваться на модель так называемого адаптированного сельского хозяйства, которая учитывает природные особенности региона.
По его мнению, экономически перспективными направлениями могут стать ягодные и плодово-ягодные плантации, выращивание корнеплодов, а также лекарственных растений.
«Клюква, брусника, морошка, черника — это не просто ягоды. Это наш бренд и востребованный экологический продукт. То же касается малины, смородины, рябины и шиповника. Они прекрасно растут на Севере и не требуют тепличных технологий», — пояснил Георгий Николаевич.
Кроме того, в южных районах области — Вельском, Котласском и Красноборском — возможно развитие растениеводства, включая выращивание районированных сортов зерновых и сои. Это позволит сформировать собственную кормовую базу и повысить экономическую устойчивость сельского хозяйства.
«Задача региональной власти — не раздавать компенсации и не спасать изначально убыточные проекты, а создавать условия для развития. Нужны длинные и дешевые деньги на модернизацию, понятная логистика, доступ к земле и поддержка фермеров», — подчеркнул Губанов.
По его словам, формирование такой системы позволит не только развивать аграрную экономику, но и удерживать молодежь в регионе.
«Северу нужна собственная стратегия сельского хозяйства. Без нее отрасль будет оставаться балластом для бюджета. Нам важно использовать то, что у нас есть — огромные площади земли, короткое, но щедрое лето и опыт людей, которые десятилетиями работали на этой земле», — заключил он.
